Наталия Орейро: «Сестра в детстве мне шила из штор»! Опуская вступительный бред, в котором аргентинский журналист сравнивает Наталию Орейро с жабой превратившейся в принца (конечно, делает он это не со зла, а по тупости) переходим к словам Наталии. Орейро занялась новым для себя видом деятельности пошивом и продажей одежды, выпустила на рынок торговую марку «Las Oreiro» вместе со своей сестрой Адрианой, профессиональным модельером. Об этом они мечтали с детства: «Вспоминаю годы, когда я ходила в детский сад. Как обычно, в школе все дети ходили в одинаковой форме. А у меня был наряд принцессы, фартук хмурого дизайна, с решетками и двумя золотыми уточками, которые мне мама делала. Внизу, я одевала jogging (что-то похожее на спортивные лосины), который я подкручивала, чтобы не было видно, и получалось настоящее платье. С одной стороны я чувствовала себя принцессой, а с другой, я возвращалась домой вся обруганная, потому что детишки не терпят тех кто отличается. Они мне говорили такое, а я им отвечала и они мне. Так что я возвращалась вся побитая. У меня до сих пор остался шрам от таких перепалок». - Всё это из-за формы? - Не знаю, только ли из-за этого. Я была мятежной, другой и некоторых это злило. Дети очень жестокие. - Однако, вы, эти переживание считаете основой вашего нынешнего счастья. - Да. Мама очень в этом помогла. Тогда не было денег сходить в кино, но когда она собирала несколько песо то покупала ткани, чтобы шить для нас. Покупала шотландскую ткань, и бац всё превращалось в шотландское, курточки, штанишки, юбочки, рубашки. Она пользовалась скидками. Моя сестра старше меня на 4 года, так что она больше страдала, бедная. У нас остались фотографии, где мы одеты все в одном стиле. И это не была погоня за модой, а только из экономических соображений. - То есть вы росли наблюдая как шьет мама. - И бабушка тоже. Когда я была маленкой то играла с её Singer (швейная машинка Zinger) и шила куклам разную одежду всех цветов. Потом, когда мне было уже 12, а моей сестре 16, мы пошли учиться кройке и шитью на два года. Там мы уже рисовали, что хотим сшить и говорили, что когда вырастем, станем модельерами. Потом я начала работать актрисой, а моя сестра шила мне одежду для проб. Хватали дома штору, парусину, и делали корсет, с тесемочками и юбочкой из тюля снизу, например. Моя сестра помогала мне шить и я всегда появлялась нарядной. - И когда ваша мечта превратилась в проект? - Я приехала в Буэнос-Айрес, а моя сестра поселилась в Мексике. Она всегда была связана с модой. Она изучала дизайн и в день получения диплома я ей позвонила и предложила воплотить нашу мечту. Это было два года назад. Я внутренне в каждом своем персонаже уже всё это воплощала. Сама создавала look, я всегда была сама связана с гардеробом. Мы сами выбирали одежду, и многое, из того в чём я снималась было моим. Для праздников мне шили на заказ, как я хотела. - Но также вам всегда нравилось покупать чужие разработки. - Некоторые, но большинство я делала на заказ. Так что продолжу. Когда я ей предложила сделать вместе «Las Oreiro» моя сестра чуть не упала в обморок. Она только недавно переехала в Буэнос-Айрес, а её муж мотается туда сюда, потому что у него в Мексике рекламное агентство. И к тому же родилась Мия (и сразу же снялась в «Ты - моя жизнь»), дочь моей сестры, и в феврале мы открыли мастерскую в Чакарита. Сейчас у нас там 10 или 12 человек работает, и 5 или 6 в магазине. Мы с сестрой работаем над всем. Придумываем наряды вместе, мы ездили в Бразилию подбирать ткани. Мы общались с прессой, чтобы люди поняли проект, потому что мы не хотим использовать ткани, которые уже можно найти во многих вещах. Некоторые импортируем, другие делаем на заказ. Но так как мы мало всего производим, только 8 или 10 нарядов, было трудно достать ткани в малых количествах, потому что все работают с большими объемами. Но все, несмотря на то что в начале я боялась за это, хорошо приняли проект. Потом занялись отделкой магазина. Я оббегала весь город в поисках древностей, красила магазин как еще одна малярша. Я хотела быть в каждой детали. И магазин это моё отражение и моей сестры, мы очень похожи. - Это всё было предпринято, чтобы капитализировать вашу жизнь? Популярность вашего имени, образа, а также все деньги, что вы заработали в качестве актрисы и певицы. - Главная выручка от этой затеи - воссоединение с сестрой. Я уехала из Уругвая в 16 или 17 и, каким-то образом, хоть я и оставалась в контакте со своей семьей, с Адрианой у меня уже не было сестринских отношений. А теперь мы все 24 часа вместе и отлично ладим. Во всем совпадаем. Такого никогда со мной не было. Когда мы были маленькими мы часто ругались, но теперь мы заметили, что в этом деле отлично друг друга дополняем, во всем согласны и офигительно ладим. Я больше псих, более взбалмошная в выборе цветов, а она более утонченная. И вот сочетание нас обоих приводит к тому, что есть одежда на любой вкус. Моя сестра очень талантливая. Я ею восхищаюсь. - Вам трудно было вновь сойтись? - Ничуть. Всё произошло очень быстро. Мы теперь близки как никогда. Потому что я в сестре нашла друга. - Скучали по ней? - Да, очень. Только сейчас понимаю, как скучала. Теперь умру, если ёе не будет. Я всегда шла вперед одна, а теперь, когда у меня есть она, я поняла чего была лишена, чего мне не хватало. Это самое прекрасное. Потом то, что связано с творчеством, с модой, я отношусь к этому артистически. Я чувствую себя более реализовавшейся, когда могу одеть кого-то помимо себя. Со мной такое всегда. - Как только вы стали публичным персонажем, чертой вашего образа стала оригинальность. Вы не считаете, что теперь, когда все начнут носить вашу одежду, вы потеряете то, что вам так нравилось и чем вы гордились? - Нет, мне это даже нравится. Потому что, хотя многие и носят одно и тоже, у каждого есть свой стиль. Я уже видела очень разных женщин в моей одежде и каждой она придала свои личные черты. Я одела Эленору Балкарсе и Летисию Бредисию. Я даже принесла курточку Сусане, когда она её одела я чуть не заплакала. Проявилась моя плаксивая сторона. - А когда ваша одежда на том, кому она не идёт, вы тоже радуетесь? - Слышь ты, я знаю что мою одежду будут покупать те, у кого тело не актрисы и не модели. И мы это предусмотрели с Адрианой, когда решили разместить шоколадницу внутри магазина. Все говорили что это бред, что люди будут думать, что съев шоколад, уже не влезут в одежду. Но мы хотим делать одежду для женщин с формами, которые хотят наслаждаться жизнью. И не обязательно быть палкой, чтобы одежда тебе шла. И мне кажется именно недостатки делают красивее людей, потому что делают их различными. На днях в магазине одна бедрастая девчонка мерила очень обтягивающее атласное платье. И вот у неё были благодатные сладкие булочки, но она офигительно смотрелась с попой в обтяжку перед своей подругой. И я за ней подглядывала, чтобы не мешать, потому что мне очень понравилось. Нам нравиться стиль женщин 50-х, с большими формами. Творим для обычных женщин. - Но и среди обычных женщин, есть те, кому ваши наряды однозначно не идут. - Это зависит от глаза смотрящего. Красота относительна, отличается в зависимости от человека. Это и есть хорошо. - Вы всегда говорили, что трудности вас не пугают. Но на этот раз вы вложили огромную сумму из личных накоплений. Вы не боитесь неудачи? - Но когда я снимаюсь в кино, я тоже вкладываю. И вкладываю нечто более ценное, чем деньги: правдоподобность. Если я её потеряю, то её труднее всего восстановить. Может быть в кино я не теряю в экономическом плане, но в коммерческом я могу пострадать, если проект не удастся. Но я не выбираю проект по возможному результату, я прислушиваюсь к биению своего сердца. И обычно когда оно бьется ради дела, со временем наступает успех. Даже в проектах, которые не были успешными, я на все 100 чувствовала себя оцененной в некотором плане. Мне нравятся делать то, что меня меняет. Мне не нравиться повторятся, мне не нравится то, что без риска. Ни в профессиональном, ни в личном. Я всегда старалась делать всё на грани, и для кого-то это сумасшествие, а для меня вызов. И это мне нравится. Критика меня не волнует. Конечно, хотелось бы, чтобы говорили приятное. Но я никогда не рассчитываю на гарантированный результат. Я всегда полагалась на новое, что меня бы удивило, позволило расти и исполнять мои мечты. Годы проходят и я чувствую, что сбывается всё о чем я мечтала когда была малышкой. Я мечтала быть от Мерлин Монро до Валентино. И хотя я не Мерлин и не Валентино, в каком то смысле могу себя считать ими. - Вы говорите? многие вас поддержали. Что сделал ваш муж, Рикардо Мойо, для этого проекта? - Много чего. Для начала, он в меня поверил. Этот год должен бы быть спокойным, но я его обманула. Бедный святой... Он очень терпелив со мной, он знает, что я вот такая. Мне нравится работать и всё новое. И когда есть что-то новое всё отдаешь этому. И он помогает, я спрашиваю его мнение по всем вопросам, хотя он о моде ничего не знает. - Его даже видели подвозящим готовую одежду. - Да, и он со мной покупал старинную мебель. Я ему за многое благодарна. Наталия сама рисует эскизы новых нарядов в мастерской в Чакарита. Ей это нравится. Хотя она сама же себя и критикует, говорит что они не очень: «Моя сестра так хорошо рисует... Я я рисую только худющих Olivias с индюшачьими лицами. Но всё равно у меня есть хорошие идеи». Тут же Наталия рассказывает об источниках вдохновения: «Мне очень нравятся мультики и их живые цвета, комиксы, героини научной фантастики. Наверное поэтому я думаю, что наша одежда для отважных, смелых, забавных и симпатичных девушек». К тому же Наталия давняя поклонница моды. Ей нравятся журналы, и она посещает всякие ярмарки, где раньше черпала идеи для нарядов своих героинь, а теперь для своего магазина. Наталии нравиться и самой ходить по магазинам, но последние месяцы она ходит только в «Las Oreiro». «На днях я пришла к нам за одним нарядом, а моя сестра сказала, что такого размера больше нет. Я ей говорю, ну что за дела? Что мне теперь покупать одежду в другом месте?», - Орейро призналась, что ей нравятся такие модельеры как Moschino, Lanvin, Jean Paul Gaultier и John Galliano. «И я фанатка Валентино и красного цвета. Люблю красный». - Вы позволяете себе впасть в искушение и потратить больше чем можете? - Я всегда себя оправдываю. Говорю, это мне нужно для карьеры. У меня большой гардероб, огромный. И я уже 6 месяцев делаю себе еще один. Я сломала ванную, балкон и подсобку, чтобы сделать из них гардероб. Но всё затянулась на шесть месяцев, потому что стройка выбилась из сметы. И так как мой дом стильный и виден с улицы, пришлось строить согласно эпохе. И это занимает много времени. Ну всё равно, у меня есть другой гардероб дома. - Для кого вы одеваетесь? - Для себя. - А для вашего мужа? Что будет, если ему что-то не понравится? - Ему всё нравится. Я его спрашиваю, конечно же. Но ему всегда нравится. Да конечно над всеми нами довлеет мнение мужчин. Тут я несогласна с тем что женщины одеваются для женщин. - А как тогда? - Я одеваюсь для себя. Мне не важно в моде ли это сейчас. Я начала использоваться цвета, когда никто их не использовал, и многие на меня смотрели как на чучело. Сейчас все их используют, потому что это в моде. Но для меня цвета связаны с состоянием духа. Мне нравится одеваться в красное, желтое, зеленое. Но я всегда прислушиваюсь к мнению своего мужа. - Не одеваетесь для других, но хотите, чтобы все одевались в ваше. Или вы хотите, чтобы ваша марка стала эксклюзивной, только для избранных? - Каждой модели для одного размера есть две штуки и всего три или четыре размера. Так что популярными, популярным, никогда не будет потому что мы мало шьем. - А может из-за цен? - Нет, из-за этого нет. Видел наши цены? - Плащ (un piloto) больше 700 песос (очень примерно - 6 тысяч рублей) - А сколько в себестоимости плащ, а? Видел остальные цены в Палермо? Мы привозим ткани из за рубежа, шьем мало. Это стоит. - Когда-то вас просили решить кто вы актриса или певица. Сейчас кто вы больше предприниматель или модельер? - Я не предприниматель. Если бы это задумывалось как бизнес, я бы могла подключить партнеров. А я наоборот, вложила свои деньги, чтобы это был МОЙ проект. Я не думала о том, сколько заработаю. Я только надеюсь, что он заработает в экономическом плане и сможет держаться. Если бы я задумывала это как предприниматель, то открыла бы магазин в каком-нибудь shopping. И я не хочу множить марку. Не хочу. Это бы потребовало больше времени, которого у меня нет, а моя карьера актрисы и певицы очень важна для меня. - А карьера модельера? - Это для меня как бы игра. Я не могу сказать что я дизайнер, не чувствую этого. Я делаю то, что мне нравится. Моя сестра вот она да. Честно говоря, не чувствую себя ни дизайнером, ни предпринимателем. - Так кто же вы? - Принимая во внимание всё, что мне нравится, я бы себя назвала артистом широкого жанра. Или женщина оркестр. Это тоже хороший вариант. 14.11.07 Источник: www.revista-caras.com.ar Форум: Наталия Орейро / Natalia Oreiro Автор перевода: Jota Редактор: Monika